Ст 1073 гк судебная практика

Ответственность за причинение вреда: проблемы правоприменения

Ст 1073 гк судебная практика

В настоящее время решение вопросов, связанных с возмещением вреда, причиненного различными субъектами, находится в поле зрения как научных исследователей, так и практиков. Не достигнуто единое мнение относительно правовой природы и содержания ответственности за причинение вреда. Проанализируем судебную практику по данной категории споров.

Деликтная ответственность

Проблемам возмещения вреда в рамках гражданско-правовой ответственности уделялось недостаточно внимания. Различные аспекты ответственности за причинение вреда рассматривались в работах В.М. Болдинова, Т.П. Будяковой, О.В. Дмитриевой и др.

Однако, несмотря на значительное количество научных исследований по указанной теме, не достигнуто единство в отношении определения общих условий наступления деликтной ответственности. Отдельные вопросы по-прежнему остаются неизученными или ответы на них противоречивы.

Это вызывает необходимость комплексного анализа правоприменительного опыта в целях приведения судебной практики к единообразию.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Общими условиями наступления деликтной ответственности являются:

–наличие вреда;

–противоправность действий его причинителя;

–наличие причинно-следственной связи между возникновением вреда и противоправными действиями;

–вина причинителя вреда.

ГК РФ не содержит определения понятия «вреда». Традиционно под вредом в гражданском праве рассматривается всякое умаление личного или имущественного блага. Аналогичное объяснение используется и в судебной практике.

Моральный и имущественный вред

Известно, что причиненный вред подразделяется на материальный (имущественный) и нематериальный (моральный). Моральный вред представляет собой физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ). Согласно п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.

1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.), либо нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В свою очередь, имущественный вред, причиненный неправомерным завладением имуществом, – это лишение собственника реальной возможности владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом по своему усмотрению. Для подтверждения данной позиции обратимся к судебной практике.

Так, право собственности считается нарушенным, а имущественный вред признается причиненным собственнику с момента, когда виновное лицо неправомерно завладело имуществом и тем самым лишило собственника реальной возможности владеть, пользоваться и распоряжаться им по своему усмотрению (в том числе обеспечивать его сохранность).

С этого же момента следует считать возможным привлечение виновного лица к имущественной ответственности.

Доказательства вины, факта и размера вреда обязательны

Согласно п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.

2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, при рассмотрении споров, связанных с причинением вреда, необходимо учитывать, что потерпевший должен доказать возникновение вреда и его размер, а также то, что ответчик является причинителем вреда или лицом, обязанным его возместить.

Данная позиция подтверждена и на примерах судебной практики. А.С. Пикалов обратился в суд с иском к ФКУ «Военный комиссариат Волгоградской области» и с учетом заявления об уточнении исковых требований просил взыскать в свою пользу с ответчика задолженность по выплате денежной компенсации в счет возмещения вреда здоровью, расходы на оплату услуг представителя и на оформление доверенности.

Разрешая требования о взыскании с ответчика в пользу А.С.

Пикалова имущественного вреда в связи несвоевременной выплатой сумм возмещения вреда здоровью, суд первой инстанции не учел, что по общему правилу возникновения обязательства по возмещению имущественного вреда лицу, право которого нарушено (ст. 1064 ГК РФ), должен устанавливаться факт неправомерного причинения такого вреда, а также и его размер должен быть подтвержден заявителем соответствующими доказательствами.

Ввиду изложенного решение районного суда и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам областного суда нельзя признать законными. Они приняты с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела.

Без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно ст. 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Источник: https://www.eg-online.ru/article/346698/

Дело N34-Г04-5

Ст 1073 гк судебная практика
Законы и кодексы » Гражданский кодекс Российской Федерации — часть вторая » Раздел IV. Отдельные виды обязательств » Глава 59. Обязательства вследствие причинения вреда » § 1. Общие положения о возмещении вреда » Статья 1073. Ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними в возрасте до четырнадцати лет » Дело N34-Г04-5.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 7 июля 2004 г. N 34-Г04-5

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Манохиной Г.В.,

судей Пирожкова В.Н., Хаменкова В.Б.

рассмотрела в судебном заседании от 7 июля 2004 г. дело по кассационным представлению прокурора Прокуратуры Мурманской области и Максимовой Л.П. на решение Мурманского областного суда от 5 апреля 2004 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Пирожкова В.Н., заключение прокурора Генеральной прокуратуры РФ Гермашевой М.М., поддержавшей доводы кассационного представления, Судебная коллегия

установила:

Максимова Л.П. обратилась в суд с заявлением о признании недействующими абзаца 3 пункта 1 ст. 1 и пункта 1 статьи 7 Закона Мурманской области от 13 ноября 2003 года «О содержании животных».

В обоснование заявленного требования ссылалась на то, что указанные нормы, определяющие содержание физическими лицами животных в помещениях или на земельных участках, находящихся в собственности (владении) иных юридических или физических лиц лишь с согласия собственника (владельца) помещений или земельных участков, и предусматривающие возложение ответственности на собственника (владельца) животного за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста, противоречат федеральному законодательству.

Указанным решением Мурманского областного суда в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе Максимовой Л.П. ставится вопрос об отмене решения полностью и принятии нового решения об удовлетворении заявления, в кассационном представлении прокурора — об отмене решения в части отказа в удовлетворении заявления о признании недействующим пункта 1 ст. 7 оспариваемого Закона.

Судебная коллегия, проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных представления и жалобы, приходит к следующему выводу.

Ставя вопрос о признании недействующим пункта 1 ст.

7 Закона, заявительница ссылалась на то, что установленная этой нормой ответственность собственника (владельца) животного за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста, противоречит Кодексу РФ об административных правонарушениях, предусматривающего, что административной ответственности подлежит лицо, достигшее к моменту совершения административного правонарушения возраста шестнадцати лет (ст. 2.3) .

Отказывая в удовлетворении требования о признании недействующей указанной нормы, суд исходил из того, что в оспариваемой норме имеется указание на то, что собственник (владелец) животного несет ответственность за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста, если законодательством не предусмотрено иное. Поэтому, по мнению суда, в соответствии с Кодексом об административных правонарушениях административную ответственность собственник (владелец) животного несет за действия лиц, не достигших шестнадцати лет.

Однако с таким выводом суда согласиться нельзя.

Согласно п. 2 ст. 15 оспариваемого Закона области за нарушение п. 1 ст. 7 Закона виновные лица привлекаются к административной ответственности.

В соответствии с п. 1 ст. 2.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административной ответственности подлежат лица, достигшие к моменту совершения административного правонарушения возраста шестнадцати лет.

Следовательно, за действия, предусмотренные в п. 1 ст. 7 оспариваемого Закона области, административную ответственность несет лицо достигшее 16 лет, а за действия лиц, не достигших того возраста, ответственность несет собственник (владелец) животного.

Согласно п. «к» ст. 72 , п. 2 ст. 76 Конституции Российской Федерации, а также ст. 1.

1 Кодекса РФ об административных правонарушениях административное законодательство находится в совместном ведении РФ и ее субъектов, принимаемые субъектами Российской Федерации законы, содержащие нормы административного законодательства, не должны противоречить в данном случае Кодексу об административных правонарушениях.

Поскольку п. 1 ст. 7 Закона области «О содержании животных» устанавливающий административную ответственность собственника (владельца) животного за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста, противоречит Кодексу РФ об административных правонарушениях, то он не может быть признан законным.

Поэтому, Судебная коллегия полагает, что в указанной части решение подлежит отмене. Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании имеющихся доказательств. В связи с этим, Судебная коллегия, не передавая дело на новое рассмотрение, считает возможным принять новое решение, которым п. 1 ст.

7 Закона Мурманской области от 13 ноября 2003 года «О содержании животных» в части возложения административной ответственности на собственника (владельца) животного за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста, признать противоречащим федеральному законодательству и недействующим со дня вступления решения в законную силу.

Что касается требований заявительницы о признании недействующим также абзаца 3 пункта 1 ст. 1 Закона области, то Судебная коллегия полагает, что суд правильно отказал в удовлетворении указанного требования.

Оспариваемая норма предусматривает возможность содержания юридическими и физическими лицами животных в помещениях или на земельных участках, находящихся в собственности (владении) иных юридических или физических лиц с согласия собственника (владельца) помещений или земельных участков. Согласно п. 2 ст.

209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия.

Однако, эти действия не должны нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц, в данном случае собственников (владельцев) юридических и физических лиц, в помещениях и на земельных участках которых другие лица содержат животных.

Следует согласиться с выводом суда и в той части, что оспариваемая норма не ограничивает права заявительницы на владение и пользование своим имуществом.

При таких обстоятельствах решение суда в данной части подлежит оставлению без изменения.

Доводы кассационной жалобы, по которым ставится вопрос об отмене решения в этой части, был предметом рассмотрения в суде и обоснованно, по мотивам, изложенным в решении, не приняты во внимание.

В кассационной жалобе Максимова также ссылается на то, что суд не разрешил заявленные ею требования о противоречии ст. 7 Закона области в части возложения на собственников животных гражданско-правовой ответственности за действия несовершеннолетних статьям 1073 — 1075 ГК РФ, определяющим ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними.

Между тем, как следует из Закона области (ст. 7 и 15) им не предусмотрена гражданско-правовая ответственность за действия несовершеннолетних.

В связи с этим, указанный довод не является основанием для отмены решения.

Руководствуясь ст. 360 , 361 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ

определила:

решение Мурманского областного суда от 5 апреля 2004 года отменить в части отказа в удовлетворении заявления Максимовой Л.П. о признании недействующим п. 1 ст. 7 Закона Мурманской области от 13 ноября 2003 года «О содержании животных» и принять новое решение, которым заявление Максимовой Л.П.

в этой части удовлетворить и признать противоречащим федеральному законодательству и недействующим п. 1 ст.

7 Закона Мурманской области от 13 ноября 2003 года «О содержании животных» в части возложения административной ответственности на собственника (владельца) животного за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста со дня вступления решения в законную силу.

В остальной части решение оставить без изменения.

Источник: https://advokat-malov.ru/zakony-i-kodeksy/grazhdanskij-kodeks-rossijskoj-federacii-chast-vtoraya/razdel-iv--otdelnye-vidy-obyazatelstv/glava-59--obyazatelstva-vsledstvie-prichineniya-vreda/k-1--obschie-polozheniya-o-vozmeschenii-vreda/statya-1073--grazhdanskiy-kodeks-rf/sud-praktika-k-state-1073-grazhdanskiy-kodeks-rf-40289.html

Прокуратура Челябинской области / Ответственность несовершеннолетних за причинение вреда здоровью. Судебная практика

Ст 1073 гк судебная практика

29.04.2019

Разъясняет прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе Малышева О.П.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (ст.ст. 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Ответственность за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), в соответствии со ст. 1073 ГК РФ несут его родители (усыновители), опекуны, а также организация для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которую он был помещен под надзор, если они не докажут, что вред возник не по их вине.

В случае причинения вреда малолетним (в том числе и самому себе) в период его временного нахождения в образовательной организации (например, в детском саду, общеобразовательной школе, гимназии, лицее), медицинской организации (больнице, санатории) или иной организации, осуществлявших за ним в этот период надзор, либо у лица, осуществлявшего надзор за ним на основании договора, эти организации или лицо обязаны возместить причиненный малолетним вред, если не докажут, что он возник не по их вине при осуществлении надзора.

При разрешении споров, связанных с возмещением вреда, причиненного несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, следует исходить из того, что в соответствии с п. 1 ст. 1074 ГК РФ вред подлежит возмещению в полном объеме на общих основаниях самим несовершеннолетним (ст. 1064 ГК РФ).

Если несовершеннолетний, на которого возложена обязанность по возмещению вреда, не имеет заработка или имущества, достаточного для возмещения вреда, обязанность по возмещению вреда полностью или частично возлагается субсидиарно на его родителей (усыновителей) или попечителей, а также на организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которой находился причинитель вреда под надзором (ст. 155.1 СК РФ), если они не докажут отсутствие своей вины.

Нередки случаи получения травм учениками в результате неосторожных действий сверстников. При отсутствии каких-либо последствий для здоровья инцидент, как правило, заканчивается профилактической беседой. Однако, если травма серьезная, родители обращаются в суд с требованиями к образовательным организациям и (или) к непосредственным причинителям вреда.

Федеральный закон от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» в ст. 41 определяет, что организация охраны здоровья обучающихся в образовательных организациях осуществляется этими организациями.

При этом охрана здоровья обучающихся включает в себя, в том числе, обеспечение безопасности обучающихся во время пребывания в организации; профилактику несчастных случаев с обучающимися во время пребывания в организации.

Согласно ч. 7 ст. 28 указанного Закона образовательная организация несет ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке за невыполнение или ненадлежащее выполнение функций, отнесенных к ее компетенции, а также за жизнь и здоровье обучающихся.

Например, А.К.К обратилась с иском в суд в интересах несовершеннолетней дочери А.В.В. к МБОУ «СОШ № 32», родителям учащегося 4 класса К.Н.В. (не достигшего 14 лет) о взыскании компенсации морального вреда. Установлено, что в школе на перемене, во время игры один из учеников толкнул несовершеннолетнюю А.В.В., в результате чего последняя получила травму позвоночника.

Суд взыскал в пользу истицы А.К.К. с МБОУ «СОШ №32» компенсацию морального вреда в размере 50 тыс. рублей, расходы на лекарства, судебные расходы, в удовлетворении иска к родителям несовершеннолетнего К.Н.В.

отказал, ввиду того, что со стороны родителей ребенка, причинившего вред, не установлено действий или бездействия, свидетельствующих о недостаточном воспитании своего сына, отсутствии к нему должного внимания.

Также, прокурор города Коркино в интересах несовершеннолетнего Е.И.А. обращался с иском к несовершеннолетнему Б.Р.Л. (достигшему 14 лет) и детскому учреждению, под опекой которого он находится, а также к общеобразовательному учреждению, где истцом получены телесные повреждения, о взыскании компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетнего.

Установлено, что на перемене в общеобразовательном учреждении, несовершеннолетний Б.Р.Л. нанес своему однокласснику Е.И.А. телесные повреждения. Судом в пользу ребенка взыскана компенсация морального вреда с несовершеннолетнего Б.Р.Л.

, а при недостаточности у него средств компенсацию обязано выплатить детское учреждение, под опекой которого он находится, а также общеобразовательное учреждение № 10 по 5 тысяч рублей.

Взыскивая компенсацию морального вреда с общеобразовательного учреждения суд указал, что педагогическими работниками школы в сложившейся ситуации не созданы безопасные условия воспитания обучающихся, не осуществлялся надлежащий присмотр за ними, не приняты необходимые педагогические меры по предотвращению конфликтной ситуации, своевременному пресечению противоправных действий со стороны ученика Б.Р.Л., защите истца — Е.И.А. от физического насилия в школе, обеспечения охраны его здоровья.

Архив материалов

Источник: http://www.chelproc.ru/prosveschenie/low/?id=2943

Ст 1073 гк судебная практика

Ст 1073 гк судебная практика

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 7 июля 2004 г. N 34-Г04-5

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Манохиной Г.В.,

судей Пирожкова В.Н., Хаменкова В.Б.

рассмотрела в судебном заседании от 7 июля 2004 г. дело по кассационным представлению прокурора Прокуратуры Мурманской области и Максимовой Л.П. на решение Мурманского областного суда от 5 апреля 2004 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Пирожкова В.Н., заключение прокурора Генеральной прокуратуры РФ Гермашевой М.М., поддержавшей доводы кассационного представления, Судебная коллегия

Максимова Л.П. обратилась в суд с заявлением о признании недействующими абзаца 3 пункта 1 ст. 1 и пункта 1 статьи 7 Закона Мурманской области от 13 ноября 2003 года «О содержании животных».

В обоснование заявленного требования ссылалась на то, что указанные нормы, определяющие содержание физическими лицами животных в помещениях или на земельных участках, находящихся в собственности (владении) иных юридических или физических лиц лишь с согласия собственника (владельца) помещений или земельных участков, и предусматривающие возложение ответственности на собственника (владельца) животного за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста, противоречат федеральному законодательству.

Указанным решением Мурманского областного суда в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе Максимовой Л.П. ставится вопрос об отмене решения полностью и принятии нового решения об удовлетворении заявления, в кассационном представлении прокурора — об отмене решения в части отказа в удовлетворении заявления о признании недействующим пункта 1 ст. 7 оспариваемого Закона.

Судебная коллегия, проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных представления и жалобы, приходит к следующему выводу.

Ставя вопрос о признании недействующим пункта 1 ст.

7 Закона, заявительница ссылалась на то, что установленная этой нормой ответственность собственника (владельца) животного за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста, противоречит Кодексу РФ об административных правонарушениях, предусматривающего, что административной ответственности подлежит лицо, достигшее к моменту совершения административного правонарушения возраста шестнадцати лет (ст. 2.3) .

Отказывая в удовлетворении требования о признании недействующей указанной нормы, суд исходил из того, что в оспариваемой норме имеется указание на то, что собственник (владелец) животного несет ответственность за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста, если законодательством не предусмотрено иное. Поэтому, по мнению суда, в соответствии с Кодексом об административных правонарушениях административную ответственность собственник (владелец) животного несет за действия лиц, не достигших шестнадцати лет.

Однако с таким выводом суда согласиться нельзя.

Согласно п. 2 ст. 15 оспариваемого Закона области за нарушение п. 1 ст. 7 Закона виновные лица привлекаются к административной ответственности.

В соответствии с п. 1 ст. 2.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административной ответственности подлежат лица, достигшие к моменту совершения административного правонарушения возраста шестнадцати лет.

Следовательно, за действия, предусмотренные в п. 1 ст. 7 оспариваемого Закона области, административную ответственность несет лицо достигшее 16 лет, а за действия лиц, не достигших того возраста, ответственность несет собственник (владелец) животного.

Согласно п. «к» ст. 72 , п. 2 ст. 76 Конституции Российской Федерации, а также ст. 1.

1 Кодекса РФ об административных правонарушениях административное законодательство находится в совместном ведении РФ и ее субъектов, принимаемые субъектами Российской Федерации законы, содержащие нормы административного законодательства, не должны противоречить в данном случае Кодексу об административных правонарушениях.

Поскольку п. 1 ст. 7 Закона области «О содержании животных» устанавливающий административную ответственность собственника (владельца) животного за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста, противоречит Кодексу РФ об административных правонарушениях, то он не может быть признан законным.

Поэтому, Судебная коллегия полагает, что в указанной части решение подлежит отмене. Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании имеющихся доказательств. В связи с этим, Судебная коллегия, не передавая дело на новое рассмотрение, считает возможным принять новое решение, которым п. 1 ст.

7 Закона Мурманской области от 13 ноября 2003 года «О содержании животных» в части возложения административной ответственности на собственника (владельца) животного за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста, признать противоречащим федеральному законодательству и недействующим со дня вступления решения в законную силу.

Что касается требований заявительницы о признании недействующим также абзаца 3 пункта 1 ст. 1 Закона области, то Судебная коллегия полагает, что суд правильно отказал в удовлетворении указанного требования.

Оспариваемая норма предусматривает возможность содержания юридическими и физическими лицами животных в помещениях или на земельных участках, находящихся в собственности (владении) иных юридических или физических лиц с согласия собственника (владельца) помещений или земельных участков. Согласно п. 2 ст.

209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия.

Однако, эти действия не должны нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц, в данном случае собственников (владельцев) юридических и физических лиц, в помещениях и на земельных участках которых другие лица содержат животных.

Следует согласиться с выводом суда и в той части, что оспариваемая норма не ограничивает права заявительницы на владение и пользование своим имуществом.

При таких обстоятельствах решение суда в данной части подлежит оставлению без изменения.

Доводы кассационной жалобы, по которым ставится вопрос об отмене решения в этой части, был предметом рассмотрения в суде и обоснованно, по мотивам, изложенным в решении, не приняты во внимание.

В кассационной жалобе Максимова также ссылается на то, что суд не разрешил заявленные ею требования о противоречии ст. 7 Закона области в части возложения на собственников животных гражданско-правовой ответственности за действия несовершеннолетних статьям 1073 — 1075 ГК РФ, определяющим ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними.

Между тем, как следует из Закона области (ст. 7 и 15) им не предусмотрена гражданско-правовая ответственность за действия несовершеннолетних.

В связи с этим, указанный довод не является основанием для отмены решения.

Руководствуясь ст. 360 , 361 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ

решение Мурманского областного суда от 5 апреля 2004 года отменить в части отказа в удовлетворении заявления Максимовой Л.П. о признании недействующим п. 1 ст. 7 Закона Мурманской области от 13 ноября 2003 года «О содержании животных» и принять новое решение, которым заявление Максимовой Л.П.

в этой части удовлетворить и признать противоречащим федеральному законодательству и недействующим п. 1 ст.

7 Закона Мурманской области от 13 ноября 2003 года «О содержании животных» в части возложения административной ответственности на собственника (владельца) животного за действия лиц, не достигших 18-летнего возраста со дня вступления решения в законную силу.

В остальной части решение оставить без изменения.

  • Автострахование
  • Жилищные споры
  • Земельные споры
  • Административное право
  • Участие в долевом строительстве
  • Семейные споры
  • Гражданское право, ГК РФ
  • Защита прав потребителей
  • Трудовые споры, пенсии
  • Статья 1073 ГК РФ. Ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними в возрасте до четырнадцати лет

Гражданский кодекс Российской Федерации:

Статья 1073 ГК РФ. Ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними в возрасте до четырнадцати лет

1. За вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине.

2. Если малолетний гражданин, оставшийся без попечения родителей, был помещен под надзор в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (статья 155.1 Семейного кодекса Российской Федерации), эта организация обязана возместить вред, причиненный малолетним гражданином, если не докажет, что вред возник не по ее вине.

3.

Если малолетний гражданин причинил вред во время, когда он временно находился под надзором образовательной организации, медицинской организации или иной организации, обязанных осуществлять за ним надзор, либо лица, осуществлявшего надзор над ним на основании договора, эта организация либо это лицо отвечает за причиненный вред, если не докажет, что вред возник не по их вине при осуществлении надзора.

4. Обязанность родителей (усыновителей), опекунов, образовательных, медицинских организаций или иных организаций по возмещению вреда, причиненного малолетним, не прекращается с достижением малолетним совершеннолетия или получением им имущества, достаточного для возмещения вреда.

Если родители (усыновители), опекуны либо другие граждане, указанные в пункте 3 настоящей статьи, умерли или не имеют достаточных средств для возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, а сам причинитель вреда, ставший полностью дееспособным, обладает такими средствами, суд с учетом имущественного положения потерпевшего и причинителя вреда, а также других обстоятельств вправе принять решение о возмещении вреда полностью или частично за счет самого причинителя вреда.

документа: Гражданский кодекс РФ Часть 2 в действующей редакции

Источник: https://izhstatus.ru/st-1073-gk-sudebnaja-praktika-321

Адвокат Еремин
Добавить комментарий